Посмотрел- на 13.04 в «Статистике» три истории на «Ожидает модерации»,
И СВОИМ ПРИМЕРОМ РЕШИЛ ПОДДЕРЖАТЬ ДВИЖЕНИЕ :-)))))))
Бо даже лепта малая способна, а тем более, если её ещё и много, то дажееслинеочень будет пример, корабль останется на плаву…

Интересная вещь- стереотипы. Чужая жизнь в них легко загоняется и попадает под обобщения- афоризмы из толстых сборников. Своя собственная кажется исключительной, формируемой не по арифметическим правилам, а выстраиваемой, прям, как какой ни будь криволинейный интеграл, охренеть какая фигура Лиссажу.
Хоть ведь и понимаешь, что суть этих стереотипов, так же, как «Устав караульной службы», «написана кровью» (с).

Умные дядьки формулировали их в афоризмы, пристально разглядывая причины и следствия своих и чужих синяков и шишек, на ритуальных пьянках кратко докладывали суть своим друзьям, вместе с ними ехидно шлифовали, начинали пользоваться, и крылатое выражение, из-за правильной идеи, в нём заложенной, и краткой, юморной формулировки, распиралось по карте, раньше от Шпицбергена до Кушки, ну а ща- по всему-всему земному шару, лишь был бы русскоговорящий собеседник, любящий и ценящий этот язык .
Но человек- существо самоценное и сам себя себе обобщать не позволяет… :-)

«Клин клином вышибают». «Подобное лечится подобным». «От чего заболел, тем и лечись!»

Начало начала девяностых. Вокруг всё дрожит и стреляет, я на спокойной работе. Как, пыльным мешком прибитый, «рыцарь печального образа»- с какими-то непонятными, раздражающими меня, но продолжающимися полуотношениями со своей второй любовью. Понимаю, что бабу надо заводить, нужно, необходимо, что б закрутило какое-то там светлое чувство, или, например, жуткая страсть, но, главное, по - любому, с изощренной доброй @блей, с подтверждением того, что «всё могу», что б тоска меня отпустила.
Но сам ничего не ищу, плыву осенним упавшим листом, смотрю, как шевелятся от течения водоросли из тёмной глубины. И не хочется, осознано, выползать из состояния тихой грусти по потере любви. Тоска меня кушает, ею наслаждаюсь и одновременно давлю её стараниями в организации производственного процесса.

Коллега: «Кардан, с бабой здесь познакомился, в автобусе. Разговорились, взял телефон, потрепались, у неё подруга, давай с ними попаримся в четверг!»
-«Дык, давай, и попаримся!»

Коллега - отдельная песня. Умный деревенский парень, десятилетка, ГСВГ, общага и учёба, женитьба, комната от предприятия, квартира, асс своего дела, тоже, два сына, И бабы, бабы, бабы… Прямая зависимость одного таланта от другого, похоже…Этакий Ландау, только мордовской национальности, и такой же неблизкой с Ландау, сферы приложения своих сил в общественном разделении труда…Он меня постарше, и до сих пор в строю. Окормляет, по необходимости и пощас, и местных дам и одноклассниц, и посторонних страждущих, то есть постоянно в поиске дОбычи. Как, вспоминается, из римской классики: «Такой хлопотун, и маленькую собачку во дворе, тоже, не оставит без внимания!».

До этого случая с бабами в бане, коллективно, я ни разу не был. Понятно, раз в баню, значит, по умолчанию, и трахаться, этаким завершающим аккордом ко всей Гедонистической симфонии для двух гуселек, ложек-басов и балалайки - альта, где в прелюдии попариться, тяпнуть, закусить, потрындеть, посмеяться и насладиться самой атмосферой неприкрытого разврата и торжества похоти. А после третьей части коллективно попеть, под гармонь, «Белым снегом, беееелым сееегом, ночь туумаанная ту стёжку замелаааа…».

Зима, самое время для бл@док , в четыре уже темнотища. За девками вдвоём, на служебном «Масквиче», в нём я с ними и познакомился. Типа, Вера и Галя. Привезли. Не разглядел нихрена, что за девки. Шапки, шубки, блестящие глазки.
Оставили их одних, раздеться, в комнате отдыха. Сами мы скинули с себя шмотки в раздевалке, сполоснули яйцы, заходим.
Девки уже сидят за столом, с пузырём и закусью, в купальниках(!).

Одна- красавица «от и до», тип Галины Польских, тяжёлый красномедный волос в пучке сзади, ноги, бёдра, фигура- закачаешься. Потом узнал, не рожала.
Она будет «Вера».
Ей ща чуть за шейсят, последний раз виделись в прошлом году, бюстгальтера дома так же не носит, соски из-под футболки так же прррутт.
Да, так вот. Вторая- да в общем, как-то не то, хоть и помладше Веры лет на 6, почти мне ровесница.. Потом оказалось, нормальная, душевная, чутьзапутавшаяся разведённая баба.
Про внешность писать не буду, но мысли порадовать себя прорывом, из окружения своего прошлого, при её фланговой поддержке и не возникло. Не то.
Будет она «Галя».
Коллега познакомился именно с ней. Ну, понятно, что и @бать он должен был её.

Девки смотрят на нас, голояйцевых.
Я сажусь на лавку за стол, типа я всегда вот так сажусь на это место, постоянно, «по праву», и каждая, из присутствующих здесь дам, может порадоваться тем, что, я, пока ещё, не мусульманин и не иудей, хоть и явных признаков моей положительной оценки их красоты пока не заметно.
Вера: «Кардан, накинь полотенце, сглазим!»
Понятно, Вера- лидер, Галя- пристяжная.
Кардан: «Лень мне! Сразу бы сказали, я б вааще не раздевался!)) И чего одеваться, всё равно ж сексовать.»
Вера: «О! На сексе озабоченный?))»
Кардан: «Ну да, а кто нет?»
Коллега ополотенился.

Разлили, тяпнули «Со знакомством!», закусили, ещё пару раз- девки выпивают достойно, на равных с нами.
Пошли в парилку. Посидели. Кардан: «Ну чо, давайте постучу!»
Парилка крохотулечная, пеналом, от двери, справа, полкИ, в четыре ступени, напротив двери- печка. Коллега с Галей выходят. Вера ложится на полок. Ну уж, вроде, законный повод раздеть. Расстегиваю застёжку. Скидываю лямки с плеч. За трусы- «Не, не снимай!». Ситуация веселит и раздражает одновременно- девки приехали трахаться, но ломаются. Для чего?
Постучал вениками, как мог, она повернулась на спину, сиськи загляденье, постучал перёд, вся эта байда с ломанием напрягла, после хороших голых сисек, ещё больше. Взял через купальник за пи@ду, за руку хватает. Фу такой сценарий!

Вышел из парилки, напротив душ- там Галя бреет подмышки… Ну что ж такое?. Во, бля- видно, у них дома среди зимы отключили воду, а здесь коллега Ландау, с банно- прачечным знакомством подвернулся. Типа, могла бы рассказать на работе, подруге: «Ты знаешь, ребята такие странные попалися, не нагнули сразу, попарили, спинку ласково так потёрли, накатили, отвезли туда- обратно, жаль, девки, постельное бельё из дома постирать не взяла, в парилке, у них, оно бы просохло пулей!…»
Ну, грусть по отсутствию разумных развлечений тогда на меня накатила. На мороз их не прогонишь, взялся за гуж- не ной. Посидели- повыпивали –потрепались про озимые зеленя и мартены, девок отвезли, посмеялись и угомонились.

Прошло недели две-три.
Коллега- «Кардан, Вера звонила, хочет с нами в баню, в среду»
«Ты чо, без меня, её не вы@бешь, бугага?»
«Она с племянницей будет».
«Тада меня записывай, всё равно не при делах и на работе».
Назову третью героиню, племянницу, Таней.
Дальше всё тоже самое- привезти, оставить, раздеться, зайти, девки опять в купальниках. Но я, уже, в полотенце. Обломали орла. Но вида не подаю.
Разглядел Таню. Та же чёткая фигура, как и у Веры, но моложе- ей было тогда около двадцати, её тетке- около сорока. Крупные черты лица, очерченный рот с чувственными пухлыми губами, шея приличной, заметной такой длины. Глазищи карие. И, мягко так, каатавит. Прелесть.
Тяпнули. Чинно пошли в парилку. Расселись. Таня села внизу. Минуты через две сняла верх купальника. Небольшие, но этакие клёвые сиськи. Вера, сразу после неё тоже. Стало понятно, к жданной голой @бле. Коллега- «Кардан, будете сидеть? А то я Веру постучу!»

Вышли с Татьяной через душ в «комнату отдыха». Я –за ней. Ощущения бесподобные. «Оттянусь по полной». Полумрак нижнего освещения. Блестящие капли воды, из душа, на коже. Она в трусах. Повернул лицом к себе, спиной к лавке у стола, обе мои руки обнимают её бока чуть ниже груди, её глаза закрыты, между расслабленных губ виднеются зубки, ну зашибись! Поцелуй затяжной. Губы перебирают губы, язык скользит за ними, между зубок на язык, руки начинают сравнивать теплоту её тела, там, где вода охладила банный жар, и там, где все же банный жар это охлаждение уже победил. Самое прохладное место- понятно, гладкая упругая попа под трусами, а между ног- жар, жар и влага… трусы вниз, нажал ей на плечи, она присаживается на лавку и тут же засасывает мой конец. Прямо вааще хорошо. Хоть по моему плану, сажал на лавку пообниматься и хотел лежа, для начала, вставить. Сосала увлеченно, мощно, с пониманием. Кончил. Но не глотает, злодейка. Подошёл Коллега с Верой, тоже, успел отстреляться. Еще посидели- попьянствовали, ну и по койкам.
Всю ночь с неё не слезал. Капитально. Текла замечательно.

Татьяна была родом с Вериной малой Родины, из райцентра в соседней области, и приезжала к тетке, у которой была комната в коммуналке, в гости. Её матушка была старшей Вериной сестрой. События неторопливо раскручивались. Коллега регулярно окучивал Веру. То он ездил к ней, то она приезжала к нам на работу. Обычно, прежде чем пойти уединяться, брали меня в компанию, тяпнуть граммульку.

Недели через две Татьяна снова приехала. Позвонила «Чо, в баню пригласи!».
А я, как я себя знаю, не понимаю намёков сразу. Доходят они только через не короткое время, всплывают в памяти, связываются с ходом тех событий, и мозаика складывается. Иногда, все же, понимаешь, что если б догнал сразу- путь по граблям был бы короче.
Пошли вдвоём. Я всё, чо проложено, включил и открыл. Заходим в здание, доносится звук шумящей воды, наливающейся в бассейн, со второго этажа. Она останавливается на лестнице, смотрит на меня своими глазищами, и спокойно- спокойно так, огорошивает: «Каадан, а сколько там ещё человек?» А у меня в глазах её круглая попа, «в зобу дыханье спёрло», хрипло отвечаю :«Ты чо, мне ж тебя одному не хватит….» Соврал я, конечно… Но на одну ночь мне её, точно, тогда не хватало.

Как-то позвонила – «я у тётки, приезжай». Заехал. Сидим втроём, трындим минут десять после моего прихода. А в коммуналке тетка жила одна- там была ещё комната, но сосед в ней не обитал, и ключ от неё был у Веры, там мне и определили трахаться.

Во дворе проорала ментовская «крякалка». Вера мне- «Постой с Татьяной на кухне!». Пошли постоять. Татьяна тёплая, мягкая, губы сочные, сиськи под руками упругие. Звонок в дверь через короткое время. Вера открывает, развесёлый голос мужика лет сорока- «Верка, сдарова! Как жисть, туда- сюда? Маладая када приижжала? Чо нет? Када приедит? Давай пака!» Думаю, да, блин, какие же у меня разные образные молочные братья…
На родине её тянул сожитель, местный авторитет, с лет, вроде, пятнадцати. Понятно, женат. «Подходить к ней он никому не даёт!», злодей, понятно. Но с её вопросом про количество моих предполагаемых друзей в бане это не стыковалось….

Прошло года два- два с половиной. Тоска моя, по второй любви, плавно пролечилась до «стадии ремиссии», до меня всё же дошло, что если «количество переходит в качество», то процесс может быть и обратным, пусть и не со стопроцентным результатом. И я, постепенно, оброс приятными знакомствами. Девки разные, но трахались все одинаково))))). Так, как мне этого хотелось.

Вера, как-то, мне: «Кардан, нет ли у тебя, для Татьяны, нормального парня, что б им вместе пожить, свалить ей с малой родины?» У меня тогда уже в этой девушке большой нужды не было, а поспособствовать родному человеку, выправить жизнь, понятно, надо.
Один из знакомых (не друзей!), тогда, с год как развёлся, ну и я к нему, не вдаваясь в подробности- поехали, познакомишься. Поехали. Знакомый, невинная душа, с какого-то перепугу, похоже, ввиду Танькиной симпатичности, стал показывать свои кулинарные наработки, за что получил однозначный отлуп. Брутальные, видно, там больше ценились… Считаю, зря. Он-то, понятно, через год уже был женат, ща щебечет про свою дочь от второго брака, и неработающую ни дня, после замужества, жену….

Татьяна родила пацана от того авторитета, тоже, приблизительно, через год. Я с ней, после того неудачного знакомства, уже ни разу не трахался. Как-то мимо ехал, зашёл к Вере, там приехала на побывку племяшка Танюшка с ребёнком, чмокнул её в щёчку, сгонял в «Детский мир», купил малому супермишку, потрепался, и всё. Обабилась, матушка, шибко прибавила….
Подружка, брившая в бане подмышки, в течение времени рассказа, выдала замуж дочу, которая, через год, развелась….
Коллега «Ландау» потягивал Веру, лет, наверное, десять- двенадцать… Разбежались они из-за того, что та стала перепивать, и при этом терять контроль над головушкой, болтать лишнее. Но перезваниваются до сих пор, постоянно. Уж больно умна. Я изредка заезжаю, чаще передаю приветы. Живёт она с мужиком, пьют. Про Татьяну уже не спрашиваю.

Моя тихая тоска так и не прошла. Ремиссия- обострение-ремиссия, вялотекущий процесс… И по новой.
Объективно понимаешь - бред сивой кобылы, все мои проблемы во мне самом. Ан нет- жжёт.
Оказалось, правильные стереотипы, для меня, заложены только в родном русском языке.
«Горбатого могила исправит!»- это моё, уже не переспоришь..
А, классическое, переводное: «И это пройдёт…»- родилось, увы, не в Косопузии, и, похоже, не для неё.
Жаль, жаль, с удовольствием бы воспользовался этим результатом чужого, практического склада, ума, но не судьба…

Да и ладно. :-))

Уважаемый посетитель, Вы не зарегистрировались или не вошли на сайт. Хотя регистрация не является обязательной для чтения и комментариев, мы рекомендуем Вам сделать это. Вы сможете оценивать истории и, возможно, захотите прислать свою.