Один из... дней

Домой приехала пораньше, не торопясь приготовить покушать, поваляться вничегонеделаньи под какой-нибудь необременительный фильмец…
Кручусь на кухне, спускается Д номер раз, кусочничая:
- Ма, я в бассейн. Ужинать не буду, потом.
Вернувшись с работы, Д номер два тоже на ходу хватая еду:
- Привет, семья! Я быстро собираюсь на Икшинское.. Сейчас Серега заедет. Димк, поедешь?
- Неа, завтра зачет по истории. И в кино собрались вечером. О, раз ты с дядь Сережей, можно я на твоей машине в бассейн?
- Нет, темно и подморозило.
- Ага, как на мойку – нормально, а как в бассейн…
Оба Д поглядывают на меня в надежде, что я встану на его сторону. Я ухмыляюсь, интересно, как Д-большой будет выкручиваться, но не вмешиваюсь. Д не найдя ни весомых аргументов, ни осуждения, ни поддержки с моей стороны:
- Ну, ладно, езжай. Только сам знаешь, кто в сауне может зависать.
- Спасибо, не подставлюсь. Покедова, удачной рыбалки. Мам, в девять буду.
- Давай, до воскресенья. И… мойка машин на твоей совести. Мур, наверти бутеров и кофейку в термос сообрази, пожалуйста. У меня 15 мин. на сборы осталось.
Вот так мои ближайшие вечерние планы пошли прахом.

* * *

До наступления ночи покрутилась по хозяйству, время десятый час, спать не хочется… Позвонить «шкатулочным»? Один в отъезде, второй только приехал, не нужно его от семьи отвлекать. Машке? Не так давно виделись, к тому же собираться будет три часа. Попробую мендозянской подруге:
- Привет. Не занята? Может, пересечемся?
- Давай.
- Присмотри удобное местечко. Я часа через полтора буду.
Заглянула к сыну – свет горит, наушники набекрень, «история» на груди изучает сердечные тайны… Убираю ненужные вещи, заворочался, приоткрывает глаз:
- Уезжаешь?
- Да. Когда буду - не знаю, спокойной ночи.
- Оставь «уши», я ещё послушаю. Пока.
А в ресторане как в песне «..любить так любить, гулять так гулять..», а у нас трындеть так трындеть! Душевно посидели, чувствую, что-то меня в сон повело. Оглянулись на время – почти восемь утра! Ужос! Дитё в школу, а мать гуляет. Высадила подругу у дома, смску сыну. Пока летела с ветерком, глаза уже не слипаются. Въезжаю в поселок, по забору рыжий кот гонит белку. Она добежала до дерева, но вскарабкаться по стволу не успела, кот зацепил когтями за хвост. Белка вырывается, кирчит-цвиринчит. Я опустила стекло:
-Брысь, отпусти, негодник!
Котяра так увлекся, что не слышит и не видит меня. Я выскочила из машины и запустила перчатками в этого наглятину. Белку, конечно, выпустил, а на меня обалдело уставился: «что это в меня полетело?»

* * *

Дома, накормив зверей, хотела пойти спать. Но после душа сон не шел. Валяюсь в постели, половина кровати, застеленная его одеялом, пуста. Не к кому прислониться даже пальцем ноги. Холодным ужом вползает внутрь тоскливое чувство. Сгребаю его одеяло, обвиваю руками и ногами.. Не-а, сон не идет, только просыпается желание. В голове рой мыслей: а ведь раньше могла взять свою подушку, одеяло и уйти от бывшего спать в другую комнату – «то ногу или руку на меня раскидываешь, то жарко с тобой, то среди ночи храпеть начнешь»… А тут ни разу такой мысли не возникло. Это что? Приучил аки собаку на уровне рефлексов? Гормоны по другому встали? Любовь так действует? Нефиг крутиться, пойду Димону позвоню и обед приготовлю. Протягиваю руку к сумке, телефон, играет «ва-банк». Чувствует что ли?
- Привет. Выспалась?
- Приветик. Вообще не спала.
- Меня ждала? Есть приличный сазан и щука кило на 5.5, домой везти?
- Конечно, тебя. Ничего не надо. А ты что уже нарыбалился?
- Данунафиг. Мокрый снег повалил, ветрило, давление низкое… Домой сматываемся.
- Вообще-то возьми щуку, на котлеты обдерем. Приезжай скорей.
Приготовление обеда в приподнятом настроении пролетело быстро. Димон как ни спешил к обеду, но младший его не дождался, смылся в кино.

* * *

В прихожей целует меня, я в халате на голое тело. Холодный, мокрый, небритый.
- Нет! Не прислоняйся ко мне…
Но это было сказаны стенке. Мешок с щукой все равно приложен к моей заднице, висну у него на шее.
- Скучала? Тепленькая, уютненькая…
- Соскучилась.
- Хорошо, что я даю возможность поскучать, а то бы и встретить не вышла.
- Ага, сам даже до воскресенья поскучать не дал. Щуку в морозильник. Я приготовлю ванную.
Регулирую воду, добавляю травяной настой, предвкушаю ощущение его члена в себе. Внизу живота приятно заныло, на губах выступила скользкая влага. Ой, надо бровь подщипать. Наблюдаю в зеркале как Димон стаскивает термобелье, с довольным «ах, хорошо» сует ногу в воду, улыбаюсь своим мыслям..
- А! С ума сошла?! Горячая вода..
- Тебе всегда горячая. Нормальная. Сейчас привыкнешь.
- Изверг, так и норовишь сварить меня каждый раз.
- Не ворчи.
Судя по блаженной улыбке, вода вовсе не кипяток. Наклоняюсь над раковиной умыть лицо, мокрая рука тут же заползает под халат. Трах в воде не входит в число моих предпочтений, я увертываюсь:
- Дим, перестань. Домывайся скорей.
- Хе-хе, там уже так сыренько..
- Вылезай быстро! Я обед подогрею.

* * *

Переодеваю обрыбленный и подмоченный сзади халат, он входит, обмотанный полотенцем, придерживает мои руки, не дает завязать пояс. Большой, мягкий, пушистый… не могу удержаться, чтоб не понежить нос у него на груди. Целует лениво, нежно, только губы, покручивает сосок подушечками пальцев, другая рука привычным движением находит клитор. Я отвечаю так же неторопливо, чуть просовываю язык между его губами, который тут же оказывается втянут в жаркие недра. Мой рот оказался в плену его губ, языком находит самые чувствительные местечки в уголках губ, под языком... Ванильное терпение Димона на этом закончилось.
Вырывающаяся с дыханием, еле сдерживаемая страсть заставляет сминать, сосать, покусывать и без того податливые губы. А мне того и надо, люблю чувствовать себя в его власти. В нетерпении сдергиваю с него полотенце. Не позволяет обхватить член, вредина! Шлепаю его по голой ягодице. Разворачивает к себе спиной, халат сползает на пол. Наклоняет на спинку кресла, подложив ладонь, в которую как в желоб легла грудь, пальцы сжали упругое полушарие. Его рот где-то на шее, загривке пытается вытянуть, выгрызть из меня кусок нерва. Тут же заглаживает нечаянную, легкую боль языком. Внизу, под накрытым его рукой лобком, легкий спазм собирается с быстротой выстрела прервать мой кайф.
- Нет, Дим, не хочу так, остановись.
Он оставляет в покое клитор, но раздвигает коленом мои ноги, принуждая положить мою коленку на подлокотник. Проводит рукой по ложбинке от срамных губ до копчика. Я крепко прижата лобком к креслу, а член расположился между полупопиями, неторопливо снует вверх-вниз, дрязня своей крепостью. Прихватив на затылке за волосы, поворачивает лицо к себе, чуть касается губ языком, я ловлю его ртом. Димон понял моё безмолвное «хватит уже елозить, входи..» и куй утопает во мне.. всё глубже, всё чаще чувствую мохнатый лобок. Мои мысли перетекли внутрь и снуют за его разбухшей головкой, а подкатывающий оргазм собирается их развеять…
- Тсшшш, Дим, потише..
- Тогда будет как я хочу..
(*можно подумать, что я не хочу)
- Угу, только сделай поменьше..
- Конечно
Я чувствую как его орган, сделав пару осторожных мягких тычков в кружок ануса, не собирается больше отступать и плавно проползает тугое кольцо.
- Ай, больно-больно..не больно..замри..ещё..не останавливайся.. аааа..кончай!
Через некоторое время отдуваюсь, дышать нечем, я зарыта лицом в складках кресельной подушки. Димон на мне всей тушей, перегнув мое тело на валике подлокотника. Еле мямлю:
- Отлично, спасибо. Слазь!
- Спасибо маловато, на борщ могу рассчитывать?

* * *
Уткнув нос в мех, в объятиях Димона, а не его одеяла, рассказываю:
- А я протрепалась всю ночь с подружкой в ресторане и не дала рыжему коту задрать бельчонка…
- Умеешь ты испортить всю охоту, не только котам… спи уже.