Асиенда сеньора Мендозы > --- > "РАССКАЗ ОДНОГО МОЛОДОГО ЧЕЛОВЕКА" ...или трагикомический романтизм конца 20 века.

"РАССКАЗ ОДНОГО МОЛОДОГО ЧЕЛОВЕКА" ...или трагикомический романтизм конца 20 века.


11 сентября 2008. Разместил: Ослик
«Здорово. Зовут меня Колян, если кто не знает. Работаю на стройке, бригадиром.
Всех в кулаке держу. Я парень простой, без всяких этих… штук. Если мне баба нравится, я так ей и говорю: "Слышь, мол, ну ты чего как? Как оно? Пойдем, что ли?" Я, вообще бабам нравлюсь. Там на танцы или в кино… А кто уж со мной в постели оказался, так тех уже клещами от меня потом не оторвать. Стояк как надо! Могу хоть всю ночь трахать. Бабы, аж сознание теряют. Я как вечный двигатель – раздел, поцеловал для порядка, ноги раздвинул, лизнул разок-другой, вставил и понеслась. Член как каменный. И могу раз шесть-семь за ночь минут по сорок. И без выходных. Короче, баб у меня немеряно. Но все, знаете, все наши, со стройки там, с ткацкой фабрики, с общаги, ну, короче, тоже простые. Не, вы не подумайте - нормальные девчонки, симпатичные…только скучно мне с ними. И чем дальше, тем больше хотелось мне такую, вроде моей учительницы в школе, классной нашей была. Такую, чтоб в очках, умную, чтоб поговорить с ней, послушать, в длинном платье, маникюр-педикюр там («педикюр!» - ха…ха…ха..!) ну понимаете, короче.

И вот раз, на День города, случайно, знакомлюсь с такой бабой, просто..! Я не Пушкин, но попробую описать: высокая, где-то метр семьдесят, мордашка смазливая, черные волосы до пояса, связаны в «конский хвост», фигура точеная, талия тонкая, задница кругленькая, грудь высокая, размер третий, ножки, туфельки, в платье длинном и… в очках, таких стильных…, квадратных, тонких. Неприступная…! Как, блин, я не знаю…! Я тоже был тогда прикинут как надо, по интеллигентному – в костюме, галстуке и после парикмахерской. Как я к ней подвалил – отдельная история, сейчас не об этом. Суть да дело, сумел познакомиться и впечатление, кажись, произвел, дала свой телефон, и согласилась на следующий день на свидание.

К свиданию к этому, готовился долго, волновался сильно и не потому что красивая, а потому что в первые пять минут разговора с ней, понял, что она совсем из другой серии, не чета моим подругам. В общем, та, которую я себе и представлял. «Учительница». Все думал, как же мне с ней себя вести? Как с моими бабами – не прокатит. Надо разыгрывать какой-то образ, выдумывать про себя легенду. Позвонил корешу, посоветовались, и решил я интеллигента сыграть. Буду молчать, слушать и кивать… Кино-то я смотрю про жизнь, представление имею. Ресторан дорогой там (бабки-то есть), вино-шампанское, креветки-крабы. Эту тему я знаю. Нормально. Здесь я спокоен. Голова тоже на месте. То, что я работяга, если я в костюме, руки чистые и помалкиваю, никто не заподозрит. А тут такой интерес! Думаю, если такого зверя завалю в постель, то и жизнь прожита не зря.

И, что вы думаете! Прокатило! Я на первом свидании выступил так, что дама моя была в восторге! Типа я студент факультета психологии. Последний курс. Фрейда вспомнил, Ницше… К нам на практику первокурсники, будущие архитекторы приезжали. Споили мы их тогда. Ну и нахватался. И так где-то, че-то слышал. Я ж не конченый профан. Но, конечно, больше сидел, молчал. Говорила она. Блин! У меня аж, уши вяли. «А как вы относитесь к теории Терьяра де Шардена? А какую классическую музыку предпочитаете? А стихи? А литературу? А кино, театр?... Категорический императив Канта… «Платон мне друг, но истина дороже!», и так далее и в том же духе. Смерть моя! Но прокатило, потому что ей только мои невнятные кивания и нужны были. Ей было не интересно, что я отвечу. Она хотела свободные уши. Они у меня были.

А я слушал и представлял, как в один прекрасный вечер, скручу ее волосы, намотаю на кулак, разверну спиной к себе, сорву с плеча платье, укушу в плечо… Потом залезу рукой под платье между ног спереди, раздвину ее ноги коленом, почувствую тепло и ее пока еще легкое возбуждение, отодвину полосочку кружевных трусиков, услышу ее первый вздох, почувствую легкую, нежную, аккуратную щетинку спереди, проведу средним пальцем со стороны ее живота вниз, опущусь в промежность поласкаю клитор, положу ее руку на свой вставший член, заставлю его достать… Потом другой рукой удерживая ее за волосы нагну вперед, вниз перед собой, раздвину ноги шире… войду в нее до упора, вставлю до конца, до всхлипа, так, чтоб ей больно стало и она, наконец, заткнулась про своих философов-режисеров, и чтоб из ее горла доносился только стон, и слышала она только свои крики и чувствовала только движение моего тела в ней..! Во, что сексуальное желание с народом делает. Представил, так представил. Она, кажись, в моих глазах всю эту похотливую сцену прочитала. Замолчала. Сидим, пьем вино. Сказала – хорошее. Дальше фантазий в этот вечер дело не пошло. Проводил до дома, отдал букет. Сказал, что буду звонить. Она сказала, что хорошо провела время и что я ей понравился. Короче, самое время идти дрочить. Ладно. Думаю – добьюсь все-равно… Ну вот, встречался я с ней примерно неделю. Забросил все свои дела. Взял отпуск за свой счет. Пытался читать книжки по психологии, философии, стихи… Сам попробовал написать, ни хрена, кроме: «Ты такое прекрасное созданье, что песец всему мирозданью» - не сочинил. Короче занимался самообразованием в рекордно сжатые сроки. На свиданиях молчал и уже начал поддакивать в тему. Бля, пацаны! Чего мне это стоило! Мозг у меня переклинило напрочь. Но уж больно хороша была, бестия! А, я не сказал, кем она была, в смысле, что по жизни делала. Она заканчивала театральный институт. Папа – бизнесмен, своя дизайн-студия. И работает фотомоделью. Во! Рекламирует очки. Я потом рекламу с ней видел… В каком-то журнале.

Так вот, медленно и верно подвожу ее к тому, что неплохо бы уже и на другую стадию отношения перевести. Че-то цветочно-конфетный период у нас затянулся. А до этого мы даже не целовались. За ручку до подъезда и… все. Онанизмом себя замучил. Раз до свидания и раз после. Только так мог на нее более-менее спокойно смотреть. Баб своих забыл напрочь. Чувствую, вроде поддается, тянется ко мне понемногу… А, знаете, с ней нельзя было так как я представлял в ресторане. Делать все нужно было красиво, по- джентельменски, на белых шелковых простынях, после бокала Клико, обставить все, ну, чтоб хата была прикольная, атмосфера в ней, свечи, камин, шкура медведя на полу. Так как-то… Чувствовал, что рулит она, а не я и когда захочет, созреет – сама даст. Жду. Че мне остается. Готовлю почву. И место для нашего зреющего интима у меня такое было. Пафосное (во, слов каких от нее нахватался). Знал куда повезу ее, когда дозреет. Она была охрененно сексуальна, и вместе с тем какая-то вся чистая и невинная. Не удивился, если бы она оказалась девственницей. Нельзя было ее просто нагибать. Я чувствовал. И продолжал ей поддакивать про Стравинского, Феллини и Моне… Держался, попутно узнавая столько нового, что башка к вечеру распухала как арбуз.

Две недели нашего знакомства подходили к концу. У меня совсем крыша набекренилась. Че, думаю, замуж ее звать, что ли? Но это уж самый последний метод заволочь бабу в постель… И вот она звонит мне и говорит: «Все. Хочу!» (конечно, она не так прямо сказала, а ну, типа, дала понять, что готова). «Сегодня вечером!» И ждет от меня красоты. КРАСОТЫ! Я, конечно, держусь спокойно, уверенно, а у самого, аж ноги затряслись. Ну, думаю, щаз с надлежащим пафосом и красотой выступлю… А уж если в постель затащу, все. Смотри выше. Никуда не денется. Готовлюсь как в последний раз. Ванна-душ (отскоблился на год вперед) брею все, что только можно, прическа, глажусь (стрелки на брюках – можно порезаться, рубашка - скрипит), чищу туфли – можно смотреться, одеколон (самый дорогой купил), цветы. В «пафосном месте» все готово: и шелковое белье и шампанское в ведерке, и диск с ее любимым Фрэнком Синатрой и камин (искусственный, правда, но как настоящий) и свечи на прикроватной тумбочке, фрукты в вазе…, короче, все по-полной программе. Кореш постарался. Отдельное ему спасибо. Ну, картина ясная – надо брать. Вали зверя! Ух…

Все. Кончилась прелюдия и романтическая мелодрама, начался жесткий триллер с элементами трагикомедии и фарса.

ЧАСТЬ 2

Встретились. Прекрасна как никогда. В одном глазу - решимость, готовность и желание, в другом – трепет, страх и надежда. Надежда на то, что я ничего не испорчу и, в самый последний момент, не опошлю. У меня в обоих глазах – немое обожание и заверение в том, что все у нас будет ОК! А, потом: «…жили они долго и счастливо!»
И я до последнего пытался, чтобы все так и было. Но видно, боги или черти решили поржать надо мной, или научить чему-то…

Вечер. Цветы. Такси. Легкая музыка. Без сучка, без задоринки проникновение в пафосное место. Улыбка на ее лице. Букет в вазу. Клавиша «Play». Синатра. Пламя свечи. Хлопок шампанского. Прохладно. Камин. Аромат духов. Медленный танец. Взгляд ее черных глаз. В них все. Целый мир. И обещание вселенной. Поцелуй, сладкий как мороженное в детстве…

Стараясь, чтоб не дрожали руки, начинаю расстегивать ее блузку. Все происходит в ритме танго. Говорит: «Подожди, я сама».. Уходит в ванну. Я судорожно раздеваюсь… Попутно – в зеркало. «Красавец». Присаживаюсь на край огромной кровати, накидываю простынь. Два бокала с шампанским, рядом. Камин греет, свечи горят, Синатра поет. Все идеально. Входит. Мляяя… Это отдельная песня. Я так не смогу… Полностью обнажена. Смущенно и, в то же время призывно посматривает на меня. В глазах легкая неуверенность: «Как я тебе?» (Неужели и, правда, в первый раз?) Черные блестящие волосы распущены - до пояса окутывают ее фигуру, слегка приоткрывая высокую грудь и талию, для такой большой груди, чересчур тонкую. Точеные подтянутые бедра, темный треугольник, упругое лоно. Скольжу по ней вниз взглядом, отмечаю – в туфлях. Ноги в них еще длинней и стройнее… Ну, все, думаю: «Бинго!» «Джекпот!» Только бы не облажаться, только бы… Подходит. Я сижу. Протягиваю бокал. Чокаемся. «До дна?» - спрашивает. Я киваю. Во рту пересохло и я залпом выпиваю свой. Беру за руку, притягиваю к себе. Обнимаю. Целую грудь. Тихонько языком щекочу сосок. Сажаю рядом. Целую, нежно… Чувствую завелся сам и она уже неровно дышит. Подрагивает.

Дальше беру, и как на обложке книги «Унесенные ветром» Рэт Баттлер склоняет Скарлет в стиле парного латино, опускаю, не переставая целовать это совершенное тело на подушки, получилось довольно резко – ее волосы разметались в разные стороны… Вот мы лежим – она внизу, подо мной, я наверху, глажу, целую уже куда попало, рукой вожу между ее ног.., мысленно уже представляю свой напрягшийся камень у нее внутри..! Как он раздвигает ее створки, проскальзывает в нежную глубину…да…! И вдруг… Проклятый «вдруг»! Чувствуем оба – завоняло (извините за прозу) так, что показалось – кто-то умер и его уже давно наспех затолкали под матрас кровати, на которой мы лежим. Просто шмон. Она мгновенно напряглась и отпрянула от меня. Я вскочил и вижу: «Бляха-муха! Горят ее волосы! Тлеют и шипят… Они длинные, растрепались, а свечки у кровати на тумбочке горели. Пиздец. Попили пивка… Я ее тушить. Шлепаю по голове, плещу на нее шампанским - она орет! «Что ты сделал, ты мне все волосы сжег! Мне, блин завтра на съемку! Козел! Придурок! Специально все подстроил!»… Короче обычная баба и обычная истерика… Прическу мы, конечно попортили. Ей потом пришлось стрижку делать… И на съемки не попала. Проклинала, наверное меня, на чем свет стоит…Че и говорить - облажался по-полной.

Так ничего у меня с «Учительницей» и не получилось. Ни в тот вечер, ни вообще. Оделась, ушла и хлопнула дверью. Провалилась операция «Завали интеллигентного зверя», и плоды моего двухнедельного труда были безвозвратно похерены. Вернулся к своим девахам. Встречаюсь с одной… Вроде серьезно. Женюсь, может. Все думаю, почему со мной так черти, или уж не знаю, судьба подшутила. Я ведь, реально старался. Столько бабок угрохал. Вы не подумайте, я не считаю, просто… они ж не ворованные. Ладно, бабки – заработаю, а сил душевных. Херню эту для нее читал, стихи, там. Феллини пробовал смотреть, этого, как его – Франсуа Озона…тягомотину эту. И даже начал ей нравится, вроде… А она –то мне по-правде нравилась, влюблен был, дальше ехать некуда… Но не судьба, видать… Так что думаю, нехрен не в свои сани было залезать. Лучше народа не скажешь. Не для меня была эта баба, и я герой не ее романа. И кто-то мне это наглядно и весело продемонстрировал. Вот такая история. Ну, че еще, по-пивку, пацаны? И, все-таки, черт! Блин, ну хоть бы раз..! Почему нет? И так глупо и жестко? А вы как думаете, почему? А?»