Асиенда сеньора Мендозы > --- > Несчастный случай

Несчастный случай


15 февраля 2013. Разместил: nerezident
Будучи человеком глубоко женатым и воспитывающим малолетнего сына на личном примере любви к женщине, вляпался я с одним приятелем, как сейчас говорят, мажориком, в пренеприятнейшую историю. Папаша этого приятеля по сей день человек достаточно известный в политике, и, предвидя возможные случайные последствия, я заранее согласовал возможность написания этого рассказа - ну, не со всей мажорной семьей, а с Санькой (так его назовем) в обязательном порядке.

Все началось с того, что по случаю откоса от армии и получения военного билета папаша купил Саньке маленькую яхточку. Санька был хоть и легкомысленный паренек, но опыт хождения под парусом имел. Лично со мной отгонял две регаты, поэтому и понимал, что лодка - это не авто, т.е. сразу не сядешь и не поедешь. Яхту нужно подготовить к выходу. С этой просьбой он и обратился ко мне. Договорились, что в ближайшие выходные мы с ним поставим мачту, настроим такелаж и испытаем на Клязьминском водохранилище.

Учитывая, что Санька в армии не служил, для него приехать вовремя, в назначенное время, это то же самое, что моей жене собраться за полчаса или даже за час. А посему я с утра пыхтел в яхтклубе один, и у меня уже почти все было готово. Оставалось поднять мачту, но одному было тяжеловато, и я ждал его. И не был бы Санька мажориком, если приехал бы один. Ближе к обеду он появляется в сопровождении двух девиц.

- Это что за матросы? - вместо приветствия обратился я к нему.
- Рыжая – Маринка. Вчера в клубе познакомились. И я обещал прокатить её на лодке. Представляешь, отказывалась сегодня со мной ехать одна, без подруги. Пришлось взять эту брюнеточку – Ольгу. А ведь ничего? Верно? Тем более, девчонки плюшек каких-то взяли и чаю нам сделают, - легко и свободно изложил обстоятельства Санька.

Простота его видения мира меня всегда поражала. Я хотел было напомнить, что мы договаривались не о разврате, а о работе, которая застопорилась из-за его отсутствия, но вдруг Ольга повернулась тылом к нам, озираясь по сторонам. Ненароком, почти случайно, я бросил взгляд на её попу. «Вот это настоящий коко де мер», - подумалось мне, и понял, что только глядя на ее два полушария, смогу поднять мачту одним своим членом. Уже через минуту я снисходительно сделал вид, что не против женщин на борту тестируемого судна.
Влегкую с Санькой и дамами поставили мачту, набили ванты, штаги и, помолившись, наполнив парус, отчалили от стенки пирса.

Обкатка лодки прошла удачно, и наступило время чаяпитения. Мы бросили якорь недалеко от берега. Кружки с пакетиками чая выставлены на столик в каюте, чайник уже закипал, мы уселись вокруг стола и наблюдаем, как Ольга разливает кипяток в емкости с чайными пакетиками.
В этот самый момент какой-то пижон пролетел мимо нас на катере, волна качнула лодку. Вместе с лодкой качнулась Ольга и чайник. Струя кипятка вылилась, мягко говоря, мимо стоящей передо мной кружки, а точнее на мои любимые труселя с леопардиками.

- Ой, извини, все нормально? – легко, невзначай спросила она, как будто плеснула мне охлажденным пивом, а не кипятком.
Почему-то вспомнилось из Чехова: воспитанный человек - это не тот, который не разлил соус на скатерть…

Боль пришла не сразу. Я даже не успел сказать « ё… твою мать» и грязно выругаться. Но по мере просачивания кипятка через ткань я чувствовал, как у меня в интимном месте расцветал красный цветок. Мне неведомо, чувствовала ли Ольга себя Мауглихой, но ощущения паленого котяры я испытал в полном объеме. Я вылетел из каюты и прыгнул за борт. Уже забравшись обратно в лодку и присев в кокпите на рундук, почувствовал на себе виноватый взгляд Ольги и сочувствие Саньки и Маринки.

- Тебе больно? Что там у тебя? - спросила Ольга (мать её...).
- Я не знаю, что там, но детей, похоже, у меня уже больше не будет, – вынес я себе приговор.
- Давай посмотрим, может, чем помочь? - виновато спросила девушка.
- Ты что, доктор? - недоверчиво спросил я.
- Нет, но оказание первой помощи еще в школе проходили, - неубедительно ответила виновница.
- Нужно обработать очаг поражения, - подал дельную мысль Санька.
- А у вас аптечка есть? - спросила Маринка.
- Какая-то зеленка и бинт были, - вспомнил Санька.
- Если волдырей нет, то можно обработать маслом или зеленкой, - заявила Ольга.
- Вы в своем уме? Зеленкой! Что я жене скажу и как покажу! - возмутился я.
- Ладно, давай посмотрим, до какой степени там все пипец, как плохо, - предложила Ольга.

Не оставалось ничего другого, как показать людям очаг поражения. Надо отдать должное Ольге, что она очень осторожно пальчиками повертела и осмотрела орган.
- Ничего страшного: просто покраснение. Первая степень. Хорошо бы маслом смазать, - сказала она.
- Камфарное масло есть. В эпоксидку добавляли и осталось, - вспомнил Санька, - сейчас мы тебя обработаем.
Первой этого эксгибиционизма не выдержала Маринка, заявив, что мы с Ольгой можем справиться самостоятельно, а они с Санькой удаляются в каюту.
- Может немного пощипывать, - держа в руке флакончик с маслом, предупредила Ольга.
Надо сознаться, что не просто пощипывало, а прямо-таки все горело и даже полыхало. Я морщился, сжимал зубы, но пискнуть во время достаточно нежной обработки пениса себе не позволил.
- Что, больно? - посмотрев на меня, спросила Ольга и тут же добавила: - Хочешь, подую на него?
Больше всего меня тревожило то, что ещё минут двадцать тому назад, до несчастного случая, от прикосновения дамских ручек к своему сокровищу у меня бы уже гарантированно все торчало, как мачта над нами. А вот сейчас что-то никакой реакции. Этими мыслями я поделился с Ольгой и благосклонно разрешил ей подуть на пораженный орган.

В это время в каюте между Маринкой и Санькой происходило тоже что-то интимное, потому как доносились чисто женские вопросы: «Что ты делаешь? Зачем? Прямо здесь?». И естественно вслед за этими вопросами следовали чисто мужские ответы.

Дутье подействовало на член воскрешающе. Но, как только Ольга переставала на него дуть, опять возвращалась жгучая боль. Дело усугублялось еще и тем, что пораженным оказался не только пенис, но и окрестности. Именно эту новость я сообщил Ольге, ненавязчиво предложив ей подуть еще на околоенговое пространство и шарики. Она восприняла просьбу с энтузиазмом и, приподняв ручкой пострадавший орган, овеяла своим дыханием и остальную ошпаренную область. Я блаженствовал. Видимо, почувствовав мое состояние, она посмотрела снизу на меня и спросила: «Ну, что, лучше?». Я хотел простонать что-то томное в ответ, но это достаточно откровенно вместо меня сделала Маринка в каюте. Мы переглянулись с Ольгой. И, услышав повторившийся стон, Ольга без зазрения совести нежно, чуть касаясь, обхватила моего дружка губами. Воскрешение продолжалось в буквальном смысле. Счастье одолевало меня уже изнутри и только иногда, когда Ольга плотнее начинала меня ласкать, я издавал стон то ли от боли, то ли от наваливающейся на меня эйфории. И этому стону вторила в каюте Маринка - скорее всего, тоже воскресала под натиском Саньки. Я парил на грани боли и сладострастия. Ольга, почувствовав, что со мной не все так плохо, как ранее предполагалось, или с целью полностью убедиться, что и традиционным способом у меня тоже может получиться, держа рукой мой стержень, посмотрела мне в глаза и спросила: «Сможешь в меня войти?». Первой на этот вопрос ответила Маринка из каюты протяжным «Да-ааа!». Поняв, что дакать уже не нужно, и вспомнив, какой орех мне напомнила попка Ольги, я, не задумываясь, ответил: «Давай сзади». Её трусики были удалены, и она, опершись руками на рубку, кокетливо прогнулась и подставила свои две орехоподобные половинки. Увидев такой ракурс, если бы даже кожа на всем члене и яйцах после ожога слезла полностью, я все равно бы ворвался в эту дивчину. Однако ворваться не получилось – мешала свежеполученная рана. Пришлось проникать медленно, потихоньку. В это самое время я завидовал Саньке. Судя по всхлипам Маринки, он разошелся не на шутку, и они уже были близки к логической развязке.

Уверен, что двигаться в норке Ольги, обладая работоспобным органом, было бы незабываемым наслаждением. Но в настоящее время, учитывая плотность парадного входа, и то, что тереться приходилось в основном верхней, самой пораженной частью, ощущения от секса смазывались, и при каждом ответном движении партнерши приходилось приостанавливать темп, и это не приближало меня к исходу. Одновременно меня преследовала мысль о том, что нежная обожженная кожа может, как у змеи, обшелушиться, слезть, и вот это уже будет сложно объяснить своей жинке. На её вопрос "Об кого ты так поцарапался?" у меня правдоподобного и логичного ответа не было. Ко всему прочему, Ольга очень некстати выкрикнула с придыханием: "Только не кончай в меня". Тут же ехидно захотелось ответить: "Может, в Маринку?". Честно скажу, что вариант окончания в Саньку мною категорически не рассматривался. Даже мысли такой, уважаемые читатели, не было.

Взвесив все свалившиеся на меня факторы, я признался Ольге, что у меня таким традиционным образом вряд ли что получится. Ольга поняла меня правильно и плавно соскользнула с моего раненого достоинства. Повернулась ко мне и, удерживая ручкой пенис, начала лизать его по непораженной части от уздечки до шариков. Результат такого сценария не заставил себя долго ждать. Слыша, на какой стадии соития находятся Санька и Маринка, я подошел к пику блаженства очень быстро. Как мне показалось, кончил я с ними одновременно.

- Эй вы там, наверху, - послышался голос Саньки из каюты, - оказание первой помощи закончилось?
- Человек вполне здоров, - ответила Ольга, и по ее глазам я понял, что она будет с нетерпением ждать моего полного выздоровления.
- В таком случае возвращаемся в яхтклуб и, может, еще где-нибудь попьём чаю, - резюмировал Санька.