Асиенда сеньора Мендозы > --- > Странная история

Странная история


15 июля 2016. Разместил: москвичка Х
Случались в моей жизни периоды сомнений и раздумий. Когда не понимаешь, не можешь осмыслить что делать, как дальше действовать, но при этом совершенно невыносимо бездействовать. Именно в такой момент я оказалась на мамбе. Среди претендентов больше всех меня расположил Дима. Несколько раздражало, что он требовал дополнительных фотографий, и, хотя его опасения я вполне понимала, но как ни крути, есть в таких просьбах что-то порочное, пришедшее из древности, с невольничьих рынков, на которых рабынь выбирали по зубам.

Тем не менее сделка состоялась, рабыня была куплена, и мы встретились в ближайшем к моему дому кафе. Он писал про свой рост, но я недооценила масштабов. Был жаркий летний день и предо мной предстал дядя Степа – великан, в светлых брюках, светлой рубашке, с лицом Челентано в блонд-варианте. Молодой 35-летний мужчина импозантной внешности.

Он отпустил несколько дежурных комплиментов, но сомнений в том, что я ему очень понравилась, у меня не было. Видела, что зажгла искру в его глазах. Мы просидели час за столиком, после чего он предложил прогуляться по любому, выбранному мной маршруту.

Летний день, парк, прекрасная прогулка... Я пыталась настроить себя на романтический лад. Выходило слабо. Никак, вернее, не выходило. Он взял меня за руку. Моя маленькая ладонь утонула в его, дядистепиной. Это как-то расслабило, но ненадолго. Ведь я узнала, что он работал ментом.
Ужасно. Ничего не может быть хуже мужчины, работавшего ментом. Но он шаг за шагом нивелировал этот неприятный факт. На каких-то восторженных нотах, повторяя, что я нравлюсь ему невероятно, предложил удалить наши анкеты с мамбы. Признаюсь, польстило. Анкета на мамбе для меня не значила ровным счетом ничего. Но он показал, что хочет оградить меня от домогательств прочих, что претендует на меня единолично.

В нем была какая-то детская непосредственность, которая очень располагала, мягкость, деликатность, но неприятный противовес ей составляла статусная возня, очень плохо перевариваемая мной. Разговоры о машинах, достатке, шмотках, как это сейчас модно в молодежной среде, жизненном целеполагании. Мужчина должен быть правильно сориентирован, но я не думаю, что это стоит обсуждать с женщиной. Хуже может быть только работа ментом в прошлом.

Все эти вводные позволили мне сохранить холодный рассудок и не увлечься. Я бы назвала свое состояние вовлечением в момент. Сравнить его можно с игрой на сцене. Вот текст, листок и ты вживаешься в роль. Сценарий разрешено доработать самостоятельно.

Итак, анкеты мы удалили, обменялись альтернативными адресами, и завели переписку между встречами. На вторую он пришел с огромным букетом хризантем. Трогало, что он испытывал неловкость, как плохой актер, не совладавший с руками, не знавший, куда же этот треклятый букет пристроить. Наконец, его определили в вазу на ресторанный столик, а мои руки снова угодили в его огромные ладони.

Когда мы вышли из ресторана, стемнело. Продолжить вечер он не предложил, махнул на прощанье рукой, когда я пересекала зебру по направлению к своему дому. Он долго смотрел мне вслед.

Встречи продолжались. Целомудренные и высокопарные они были полной противоположностью переписке, которая приобрела истинно эротический размах. Эротические притязания в сети, за редким исключением, кажутся мне комичными, с ним был именно такой случай, но как я не пресекала попытки, он был неутомим. Выбил моего высочайшего позволения выражаться. И понеслись хуи, пёзды, ебли и прочий порно-треш. Это возбуждало и настораживало одновременно, особенно часто повторяющаяся фраза про его встающий на важные ситуации хуй.

Время от времени я посылала ему эротические фотографии, в красивом антураже, а у меня других нет, которые, по всей видимости сбивали его с толку о моем статусе, и на встречах он вдруг стал пристально рассматривать мои кольца, с тайным опасением не брильянты ли….
Не брильянты говорила я ему, не брильянты…На тот момент он, с его слов, работал в ломбарде.

Мне кажется, он опасался не соответствовать. Было очевидно, что его статусные претензии не бились с его бытом. И, думаю, в его рассказах было много лжи. Например, что трехкомнатная квартира, полученная по ментовской линии в Подмосковье, была продана, а вместо неё куплена комната в Москве со странной хозяйкой. Он объяснял это желанием жить именно в центре Москвы, а не на задворках, но думаю, все было куда проще, и он просто снимал комнату. По этой причине не мог пригласить меня в гости. С его слов, не хотел, чтобы я чувствовала неудобства.

С гостиничным номером он не спешил. Машина оставлялась будто бы в другом квартале, и я её никогда не видела, встречи продолжалась, хотя прогулки под луной стали меня утомлять. «Почему не затащить меня хотя бы в машину?», - думала я, осознавая, что никакой машины вовсе нет, что слишком много вранья, и мысленно готовила прощальную речь, но вечер вдруг оказался томным. Он, наконец, решил меня поцеловать. Сперва в каком-то дворе, потом в этом же дворе на лавке, потом на лавке в парке. Его рука скользнула, наконец, от талии вверх, вторая приподняла блузку, и он начал страстно покрывать грудь поцелуями. Я откинулась, застонала, протянула руку к его ширинке, но…там меня ожидала такая же тишина, как тишина парковой ночи.

Мы целовались какое-то время еще, но я уже вяло и бесстрастно.
Он сказал, что непременно в следующую встречу снимет номер в отеле, что хочет первой незабываемой ночи. Много говорил о ней, мечтал. Я давала полное согласие, а он еще несколько дней упивался описаниями нашего предстоящего секса, после чего пропал окончательно. Оставив меня в совершенном недоумении и некотором облегчении.