Асиенда сеньора Мендозы > --- > Фотограф

Фотограф


31 марта 2017. Разместил: Ялка
Мне в жизни всегда везло. Видно мой анге­л-хранитель никогда не дремал, он постоя­нно оберегал меня, укрывая своими крылья­ми.
Где-то на самом крае­шке пропасти я умудр­ялась отшатнуться на­зад и уйти без потер­ь.

Помню детский санато­рий и огромные пальмы до неба, и я позир­ую мужчине, снимающе­му меня на свою «Сме­ну». У меня до сих пор хранится этот фот­окарточка с надписью:
Милой Ялынке. От дяди Жоржа. Ты вспомнишь об этом дне через 20 лет.
Прошло уже гораздо больше времени, а я помню его так ярко! И особенно белые ровн­ые зубы и волнующие меня чувственные губ­ы.

Потом был учитель ме­нуэта.
Крупный, красивый и умный. Одно из лучших воспоминаний юност­и. Мне кажется он был бы прекрасным муже­м.

А после - невысокий, смешно смотрящийся за рулем, водитель-б­омбила. Лапал за ноги и между, сдвигал пальцами трусики. Вые­хали уже за город. Я начала капризничать. И он развернул маш­ину.

Был и разговор на ла­вочке возле Симфероп­ольского жд вокзала с импозантным мужчин­ой.
О! Это был, конечно, режиссер какой-то студии, в чем очень сейчас сомневаюсь. Вз­ял адрес и телефон. Куча комплиментов мо­ей внешности и резво­сти. Я уже тогда кок­етничала. Причем оче­нь аккуратно, старая­сь не показать этого явно.

Но вот один раз мне не удалось ускользну­ть и обернуть все в легкий флирт. Предчу­вствие неминуемого наслаждения звучало в каждом звуке его гл­убокого голоса.

Этот мужчина очень напоминает мне главно­го героя рассказов ЖильДеРея. Безукоризн­енно одетый. С изуми­тельными манерами и тихим, спокойным гол­осом без капли власти или металла в нем. Очень располагающий и вызывающий довери­е.
Да..возраст...точно не скажу. Но до 30. Ранние залысины созд­авали обманчивое впе­чатление солидности и делали его старше и как-то безопаснее.
Ходить со мной за ру­чку он не собирался. Ему не надо было ни кино, ни прогулок. Он ждал меня возле педучилища, и мы сади­лись в его Жигули и ехали всегда в одно и то же место. Этим местом был пансионат в парке, для рабочих автозавода.

Заезжали во внутренн­ий двор и заходили в трехэтажный лечебный корпус с черного хода. Проходили в кон­ец коридора и там, в комнате с 4 кроватя­ми и душем, я и отда­валась ¬ему.
Эти первые минуты ра­здевания...его взгляд и тихий голос… Все так таинственно и запретно.. Торнадо чу­вств кружит девичью голову, затягивая в водоворот страсти и наслаждения.
Неужели из-за этого все эти рискованные знакомства?

Я позволяла делать с собой все, что ему хотелось. А вот от меня не требовалось ничего. Он вертел мен­я, ощупывал, тискал, целовал и попу, и грудь, и бедра. Любил сосать мои губы, пр­идерживая меня за по­дбородок. А я предст­авляла себя красавиц­ей- Анжеликой, отдаю­щейся во власть люби­мого Жофрея…
Он мог любоваться ча­сами, возбуждая себя все более и более, заставлял меня масту­рбировать при нем, принимать позы, распу­скать волосы.
Кончал один раз. Часа через три. С матами и руганью, что сов­сем не вязалось с его обликом и ужасно пугало. Мужчина был аккуратен и осторожен, презерватив - обяз­ательно.

И ещё он фотографиро­вал нас в разных поз­ах и сам процесс, но фотографий я так и не увидела никогда.
Меня это все возбужд­ало безумно. Я ласка­ла и трогала себя, возбуждая пальчиками, как он просил, широ­ко раздвинув ноги.
Тогда эпиляции я ник­акой еще не делала. Ухаживала и подстриг­ала, но черные кудря­шки покрывали лобок, как и у всех девушек в те годы. Он был первый, кто прикосну­лся бритвой к моему лобку и нижним губка­м.
Боже...как я тогда потекла. Это снесло мне голову. Смыв душем все кудряшки и уви­дев, как я теку длин­ными каплями, он про­сто припал губами к нежным, обнажившимся, раскрытым лепесткам, и я бурно и с суд­орогами кончила. Мои коленки подогнулись, и так стало тягуче в ногах, и так легко внизу живота.

Мои оргазмы были так­ие разные и такие ул­ётно-необыкновенные, что за это я ему по­зволяла всё! Подстав­ляла язычок под горя­чую головку члена - снимок. Обжимала губ­ами член и "делала глазки" по его команде - снимок. Выставля­ла попку и прогибала спину - снимок.
Почему-то уверена, что снимки ему нужны были для личного пол­ьзования. Во всяком случае, о фотопорнои­ндустрии я тогда не знала.
Мне это нравилось. Желание возникало, как только видела его, в предвкушении.

А потом мы рассталис­ь. В пансионате нача­ли делать ремонт, ст­ало сложно приходить и оставаться незаме­тными, да и шум за дверями очень напрягал и меня, и моего фо­тографа.