Асиенда сеньора Мендозы > --- > Царица (Прогресс. Стабильность. Обрыв)

Царица (Прогресс. Стабильность. Обрыв)


19 декабря 2019. Разместил: DD
ОТ АВТОРА. Пять сторек о начальном этапе знакомства и общения с Царицей образуют первую часть произведения, с условным подзаголовком «Три дня триумфа воли, или Моя борьба с желтыми шкафами». Во второй части будет четыре сторьки, общее название «Прогресс. Стабильность. Обрыв», причем три из них являются составными частями «Прогресса», а «Стабильность. Обрыв» единым текстом поставит точку во всей истории.

ЦАРИЦА

часть вторая

Прогресс. Стабильность. Обрыв.

Некоторые философы и социологи (почему-то не биологи с антропологами) именуют представителей нашего вида homo ludens – человек играющий. И во многом они правы. Невозможно отрицать, что игры, в которые играют люди, и люди, которые играют в игры, – огромный пласт человеческой психологии, культуры и цивилизации. Но даже лишенному азарта тихоне, принципиально не берущему в руки шахматы и шашки, нарды и карты, за километр огибающему букмекеров и не подозревающему о наличии канала «Матч-ТВ», наверняка знакома игра в «орлянку» с самим собой, судьбой и обстоятельствами, зародившаяся в детстве.

- Если я проскочу на одной ножке по всем красным квадратикам, не заступив на синие, мама купит мне мороженое.
- Если я успею войти в класс раньше, чем та ябеда, меня не вызовут к доске на физике.
- Если у той машины четные номера, приглашу на танец Марину. Если нечетные, то Наташу. А если четыре нуля и буквы ХУЙ (гы-гы) – завуча Капитолину Иннокентьевну.
- Если сыграю два мизера подряд, зачет получу автоматом.
- Если проскочу перекресток за три оставшиеся секунды зеленого, начальник премию выпишет.

Неделя до следующей встречи с Царицей (и потом еще несколько, пока не наступила благодать стабильность) прошла для меня в довлеющих думках о ней (таки прочно вошла она в мои мысли за эти три дня плотного контакта) и в непрестанной «орлянке» то ли с собой, то ли с неподкупными мойрами. Понятно, что мечтам предела нет, и никто не мог запретить мне воображать не только разнузданный секс с самой Царицей во все дырочки, но и как она, в восторге от фееричных ощущений и являясь по натуре доброй девушкой, захотела, чтоб такие же удовольствия получили ее сокурсницы по учебе и сотрудницы по работе, и приглашала их на наши встречи поодиночке и скопом. Но и не менее понятно, что всерьез полагаться на такое развитие ситуации не стоило, а учитывая стремление моей подруги к постепенному раскрытию собственной сексуальности, прогресс, конечно, ожидался, но не взрывной и моментальный, а ступенчатый и пошаговый. Кое-что в преддверии очередного свидания мне удавалось угадать, кое-где мои сексуальные чаяния оказались завышены, но в чем-то и превзойдены, а кое-чего при развитии отношений я не ожидал вообще. Как в поведении Царицы, так и моем собственном. Однако ж, по порядку.


На старт!

И вот, значит, неделя миновала, намеченный день наступил, я поехал в областной центр с утра пораньше, с делами справился, и около двух часов пополудни, как и договаривались, прямо за одним из лежачих полицейских, которыми ограждались по бокам ворота черметской школы, посадил Царицу в машину и направился в Эмск. Примечательно, что вначале, в целях конспирации, я к школе подъезжать не хотел. Тем более, памятуя, как подвозя ее три дня подряд, к своему дому она приближаться запрещала, и высаживалась на ближайшем перекрестке. А когда первый раз забирал у школы, были такие реплики по телефону:

- Ты где, не подъехал еще?
- Подъехал, у школы.
- Не вижу тебя у школы.
- А я тебя не вижу.
- Да я из окна смотрю, ты и не увидишь. Мне выходить?
- Выходи, конечно, я у … - называю ориентир на той же улице.
- Давай подъезжай к воротам поближе. Я знаю, тут никаких запрещающих знаков нет.
- А заметят, что садишься в мою машину, ничего?
- О боже, какой ты паникер, DD! Шнеле-шнеле, все равно уже попался, - и звонко рассмеялась. А у меня улыбка до ушей… капут тебе, DD, точно попался!

Так получилось, что за минувшие дни мы и по телефону не поговорили, и онлайн на сайте не пересеклись. Только лишь обговорили офлайн временнЫе параметры встречи, что и подтвердили краткими репликами по телефону (а может и смс-ками, точнее не скажу) уже в данный конкретный день. Ну и, честно говоря, я опасался. Что она, обдумав случившееся, все же придет к выводу, что я применил недопустимое насилие, и на этом наши пути разойдутся. И, во-вторых, раз во-первых не сбылось, и Царица без колебаний согласилась и встретиться, и судя по интонации, настроена благодушно, что в процессе общения эта тема всплывет и надо будет мне каяться и посыпать голову пеплом, заверять, что впредь ни-ни, и даже тот эрзац-секс еще долгое время будет казаться развратнейшей оргией.

- Знаешь, я так переживала, - сказала Царица после того, как села в машину, подставила щечку для поцелуя, и я тронулся с места, - полночи не спала, и все думала, говорить тебе или нет.
«Издалека начала, - подумал я. – Небось снова заведет, как ей было плохо от моей ругани и принуждения, как она испугалась и шок испытала… Надо было все-таки вчера или позавчера созвониться, поставить все точки над i, да - да, нет – нет, остальное от лукавого».

Но ничего не говорю, с нейтрально-благожелательной улыбкой слушаю ее монолог дальше.
- Все говорят, нельзя в таком сознаваться, но я не могу больше мучиться. Я очень боялась, что ты обиделся и больше не захочешь со мной общаться! Извини меня, пожалуйста, DD! Я была неправа! Мне с тобой так хорошо! Я не хочу тебя терять, ну пожалуйста… - и разревелась, будто я остановил машину и сказал «проваливай».

Челюсть у меня отвисла. Не успев избавиться от той самой нейтрально-благожелательной улыбки. Плюс ступор, в который впадает мужчина, когда в его присутствии плачет женщина. Ну и видок у меня был тогда, представляю. Как я никуда не врезался, просто чудо…

Ну ладно… остановился, утешил подругу, как мог, сто раз заверил, что и в мыслях не держал обижаться, переживал, что сам переборщил со словами и действиями… чем-то сумел рассмешить, будто солнечный луч блеснул из-под хмурых туч, и мне самому так благостно стало на душе… короче, успокоилась Царица, платочек в руке сжала, улыбнулась, кивнула вперед на дорогу, мол, езжай. Завел я мотор, спрашиваю:
- В общем, капризничать больше не будешь?

Положив, как пай-девочка, руки на коленки, не смотря на меня, а строго вперед, ангельским голоском Царица пообещала:
- Буду!

И как-то по-другому я взглянул на нее (и вглубь себя), когда, обхохотавшись по полной программе после этой мизансцены, мы пришли в себя, и я смог в правильной последовательности нажать педали, переключить скорость, вырулить с обочины и выехать на трассу. К вожделению и интересу еще какая-то нотка нежности и ценности добавилась, словно ее признание в том, что не хочет потерять меня, открыло и поток подобных чувств с моей стороны. «Капризничай сколько твоей душе угодно! – подумал я. – Недотрах мне все равно не грозит, я тебя больше ни к чему принуждать не буду. До чего дозреешь сама, так тому и бывать. Нет – так и не надо. Пусть тебе всегда будет со мной хорошо, моя хорошая девочка!».

Надо было, наверное, и вслух это сказать. Возможно, такое признание стало бы тем самым заклинанием, которое предотвратило бы нелепый разрыв, случившийся через полгода. Особенно если его повторять регулярно, в целях профилактики, чтоб уж наверняка. Не знаю… так и не сказал вслух, постеснялся, наверное… вспомнил о своем и ее возрасте, о том, что слишком уж пафосно это прозвучало бы. Может, ошибся, не спорю. А может, так и надо было, зачем окончательно дурить голову молоденькой девчонке, отсекать варианты ее личной жизни и заставлять замыкаться на мне.

А самое интересное, что капризов на самом деле больше не было. Вернее, два случая припоминаю, чуть позже расскажу, но они не носили сексуальный характер, просто иллюстрировали загадочность и непредсказуемость женской натуры в каких-то отдельных обстоятельствах. В постели же, если отбросить разнузданные варианты моих фантазий, и оставаться в рамках постепенного раскрытия сексуальности Царицы, как это было неоднократно декларировано и случилось в реале, прогресс до достижения стабильности нарастал следующим образом.

Говоря сухим языком протоколов, в тот день я был допущен до орального секса, а она применила мануальный. Капризы при раздевании действительно остались в прошлом, обнажалась Царица чуть ли не наперегонки со мной, оставшись, разумеется, в черных тончайших чулках, так меня возбуждавших. Виновато улыбнулась – «забыла пояс надеть, точнее он к этой паре не подходит, но в следующий раз обязательно». Единственным приветом из прошлого стали болтающиеся на щиколотке трусики, когда я первый раз ублажал ее руками. Хотел перед тем, как приступить, и их снять и отбросить, но наткнулся на умоляющий взгляд. «Ну ладно, если это так тебе важно, не буду снимать, - подумал я, тем более у меня были свои планы на сегодня, и я был практически уверен, что между нами состоится интимный контакт тем или иным способом, который можно будет назвать сексом, а значит, будет и основание убрать долой эти мозолящие глаза стринги,- пока не буду. Потом – всенепременно!». Мануальный секс по отношению к ней, предваряемый и сопровождаемый, естественно, поцелуями, объятиями, ласками груди, прошел точно так же, как два предыдущих раза, с минимальным аудиовизуальным и телесным эффектом для девушки; только лишь вера в ее порядочность склоняла меня к мысли, что то была не симуляция, а в действительности Царица получила оргазм и осталась довольна.

Зато остался недовольным я.
- Это не оргазм, а черт-те что! – выразился я негодующе. – Извини меня, Царица, но сейчас мы пойдем другим путем. Нет, вот именно что сейчас уже мешают, - снял и убрал в сторону трусики, уложил ее поудобней, и наконец сделал то, о чем мечтал чуть ли не с первой личной встречи.

Я раздвинул ножки Царице и уткнулся лицом в ее промежность, напрочь лишенную волос, одуряюще пахнущую чистотой и молодой девушкой. Увидев по ходу небольшой свежий порез и с удовлетворением подметив: «ага, готовилась, вот ведь какая молодчинка!». И далее мой язык принялся выписывать пируэты по клитору и половым губкам, губы стали впиваться поцелуями в ее нижние, это было сладко, вкусно, безумно возбуждающе, ибо реакция Царицы не оставляла сомнений, что куни нравится ей намного больше, чем работа пальцами, пусть даже мои уши регулярно зажимались ее бедрами, лишая меня возможности нормально слышать. Когда же к юркому языку подключилась и верная рука в качестве помощницы, и я стал пальцами ласкать с осторожностью преддверие ее девственной дырочки, а в гораздо большей степени, перенося смазку к заднему входу, массировать, растягивать, внедряться потихоньку и имитировать движение члена в попе, поясница Царицы словно зажила собственной жизнью, заходила ходуном, будто имея меня в рот самым беспардонным образом, сама она взвыла и застонала в голос, мешая слова русского и родного языка в убедительнейшем заверении, как ей замечательно и не менее настоятельной просьбе, продолжать точно так же, ни в коем случае не прерываясь.

Прерваться в такой ситуации было бы не просто преступлением, а хуже – ошибкой. Разумеется, об этом не могло быть и речи, и через несколько секунд Царица кончила. И это уже был совсем другой оргазм – настоящий, полноценный, яркий, прошедший волнами по ее телу, вознесший на небеса и сбросивший в бездну, заставивший кричать и содрогаться, забыть обо всем на свете, а придя в себя и открыв глаза – одарить меня бесценным, признательным взглядом. И признаться: «да, вот это совсем другое дело. Теперь понимаю, для чего бог создал вас – мужчин. Чуть не умерла, до того мне было хорошо. Слушай, я такая счастливая, вроде как влюбилась, нет?».

Наверное, я бы мог, направив словесно или жестами, добиться минета в ответ на такой восхитивший ее куни. Но предпочел выждать, посмотреть, какие действия сочтет Царица подходящими для себя в тот момент. Таковым оказалось онанирование моего члена. Уложив меня на спину и возбудив горячими поцелуями с легкими покусываниями губ и шеи, то выпрямляясь на коленях и вглядываясь в мою мимику, пытаясь расшифровать пробивающиеся эмоции, то прижимаясь лицом к моему животу и груди, целуя мои соски и лаская второй рукой мои бока, бедра, мошонку, неутомимо и однозначно нацелившись на конечный результат, Царица дрочила мой стержень, и кажется, была в таком же упоении от процесса, как я чуть ранее, вылизывая ее пизденку. И когда, расслабившись, я почувствовал, как подступает мощнейший оргазм, издал характерные звуки и последними судорожными поддаваниями таза стал как бы трахать ее крепко сжатый кулачок, и сперма брызнула… ох, как она сильно и высоко тогда брызнула, Царица даже рефлекторно чуть дернулась, но орган мой не выпустила, наоборот, широко раскрыв глаза, смотрела, как выплескивается любовный эликсир, и возбужденно дышала. Затем, повинуясь подсказкам моей ладони поверх ее, сделала последние выдавливающие движения по стволу и, остановившись, помотала им, как бы стряхивая остающиеся капли. И была вознаграждена моей сияющей, донельзя довольней физиономией, признательным взглядом, в котором лучилось, допускаю, восхищение партнершей не только в сексуальном аспекте. И, возможно, именно этот фрагмент в сопровождении моей восторженной реакции стал для Царицы как бы эталоном для многих эпизодов в будущем.

- Как не хочется уходить… - чуть не расплакалась в отчаянии Царица, когда получив свой второй оргазм согласно той же методике «куни + пальцы в попе», такой же мощный и яркий (единственное, уже на обратном пути призналась, что натертости образовались там и немного болит), посмотрела на часы. – Ну почему ты не живешь в Чермете? Я б к тебе еще вечером бы забежала… - и осеклась, видимо представив, что даже если б я жил в Чермете, то наверняка не один, а с семьей.
- Чермет и Эмск не так далеки друг от друга. Ты знаешь, я часто приезжаю и с ночевкой. Так что если ты сможешь какую-то легенду сочинить, чтоб не ночевать дома, то никаких проблем. Можем переспать, - подмигнул ей, - в прямом смысле слова.
- Ну… - чуть призадумалась Царица, - при желании можно. Не сегодня, конечно. Но на каникулах точно. У нас и в школе, и в институте экскурсии бывают, на два-три дня в том числе.