Асиенда сеньора Мендозы > --- > Пастораль. Сентябрь.

Пастораль. Сентябрь.


9 июля 2020. Разместил: RUMA
За оглушительно счастливым летом наступил долгожданный сентябрь.

В посёлке все стихло, ласточки улетели, дети пошли в школу, в полдень слышно было только синиц и собак. Коров ещё гоняли на пастбище, и после пяти вечера, казалось, возвращалось лето, начинался обычный гомон и звон от стада, зычные голоса хозяек, зовущих, своих Рябинок и Масек. В один из таких звонких дней, я обнаружила, что дома кончился кофе, конфеты и хлеб, пошла в магазин. Он оказался закрыт на перерыв, я уселась у старого храма на скамейке, закрыв глаза, наслаждалась ласковым солнышком. Вдруг солнце перекрыла тень, я открыла глаза, в двух метрах от меня стояли два парня.

- Привет, ты в магазин?
- Да, он уже открылся?
- Да, кажется, я Юра.
- Рума.
- Дима.

Я протянула руку, тот, кто повыше Юра, пожал, а Дима помладше немного растерялся, но тоже подал руку. Тогда я встала и пошла в магазин, сделала покупки, собралась закинуть сумку на плечо, но сильная рука перехватила её.

- Я возьму. Это был Юра.
- Мы тебя проводим, Диме в твою сторону. Я согласилась, сумка оказалась тяжелой, я купила не только нужные продукты. Мы шли и болтали о прошедшем лете, и кто где учится.
- Вот и мой дом.
- Увидимся вечером? Юра протянул мне сумку.
- Во сколько?
- В девять, спроси у отца, он тебя отпустит? Я вошла во двор, папа курил на крыльце и все слышал, он кивнул.
- Я буду готова к девяти.

Я с большим трудом приготовила ужин, волновалась и нервничала, свидание, так внезапно. Вскипятила воды, вымыла голову, ещё два часа!
Возникает законный вопрос, думала ли я о сексе или поцелуях?

Я находилась в том расположении духа, когда Куприн кажется невероятно эротическим писателем. Да и что я там могла воображать, советская девочка шестнадцати с лишним лет. Для меня межполовые отношения были лишены реальности, теория «Эммануэль», да досужие сплетни про рано созревших одноклассниц.

Но нет же, часть лета я как провела в детском оздоровительном лагере помощником воспитателя, там осваивала «искусство поцелуя», студент пединститута с удовольствием давал уроки, в связи с моим несовершеннолетием на большее не решался. От этих уроков мне было совсем замечательно, и танцы на дискотеках, где можно было ощущать не только своё волнение, но и желание партнера по танцу. Был у меня и любимчик из всей компании Лев, до чего хорош подлец! И к середине первой смены, в наш тандем, ни кто не вклинивался, однако, и на следующей смене мы были вместе, или мне так казалось. Как я сейчас понимаю, он как истинный рыцарь оберегал нетронутый цветочек, лишь позволяя себе поцелуи и страстные объятия. Не смогу забыть первый танец, от которого получила удовольствие сравнимое с оргазмом, из колонок неслось, Spending my time!

Мы с Львом одного роста, у него интересный способ держать руки на талии в танце, он их держал за моей спиной, сомкнув в замок, захват получался крепкий, он меня действительно вёл в танце, восхитительно сжимая талию, иногда он придвигал меня совсем близко, и я чувствовала его твёрдый член. Иногда Лев шептал мне на ухо, как у меня вкусно пахнут волосы, или утыкался в шею и вдыхал. От этих упражнений, мне приходилось менять трусики, ещё до вечернего кефира, и уже в пятницу надевать трусики с лавандой и сиреневыми резинками с надписью Saturday. После кефира, на танцы оставались старшие отряды, мне сказочно повезло, у меня был четвёртый и входил он в группу старших отрядов.

Уже в сумерках, зажигали гирлянды из крашеных лампочек Ильича. Ритмичной музыки становилось меньше, ребята из спортивного отряда соревновались с вожатыми, кто утанцует больше девчонок, особенным шиком было пригласить красивую вожатку на медляк и переместить руку ей почти на задницу. Вот и мне досталось танцевать с дылдой-баскетболистом Тарасиком, он сразу расположил руки чуть ниже талии. Я наблюдала за этими манёврами весь танец. Мы ржали и пихались локтями с рядом танцующими парочками, в итоге руки Тарасика натурально сжимают мне зад, но я тут же отделена от Тарасика, и злобно сжата Львом, впервые он обнял меня в танце не как обычно, а как-то сгрёб меня в охапку. До конца вечера не отходил от меня.

После вечерней планерки пока воспитатели укладывали детей спать, мы с группой товарищей уединились в пионерской комнате, предварительно загородив окна стендами, играли в карты на раздевание и поцелуи. Лев знал, где сидеть и все поцелуи я должна была ему. Забавное зрелище, почти одетые парни и девки в белье и топлес, на тот момент я была в бюстгальтере трусиках и носках. В уж не помню в который раз я оказалась дурой при красных погонах, раздумывая, что снять трусы или лифчик, сняла трусы, под возгласы «оооо!», но под столом то не видно. Льву видно и он пересел ближе обнял меня, а по мне пробежали мурашки. Он гладил мою талию, двигая одним пальцем. Мне было не до игры, Лев вынимал из моих рук нужные карты и отбивал их сам, наконец, и молодые люди сидели в трусах. Дорисую картинку, два ночи, лампочка Ильича шесть человек полуголые, на столе карты, чай и бутерброды с маслом.

Наигрались, нацеловались, пошли по своим корпусам. Я думала о Льве, как о романтическом в герое. Засыпая, ласкала себя, представляя его объятия, по-быстрому кончила. Влюблена ли я была в него? Мне было приятно его внимание, а он ни когда не говорил, что хочет чего-то большего. Завершилась последняя смена, и мы ещё пару раз виделись в городе, но жизнь шла своим чередом, я проводила время в деревне, а он в городе.

Вернусь к рассказу о Юре. И вот наступило «То самое время» к вечеру как назло похолодало, пришлось надеть куртку, а так хотелось шикануть в ещё новенькой джинсовке, под куртку надета фланелевая рубашка в клетку, джинсы и короткие резиновые сапожки.
Короткий стук в ворота, и я вышла. Юра одобрил наряд, и проверил есть ли у меня капюшон, как солнце сядет, будет холодно и роса ледяная, хорошо, что ты в сапогах. Сам же он был в чёрных калошах и велюровых чёрных брюках, а сверху чёрная кожаная куртка. Мы вышли на закате, была почти абсолютная тишина, мы сели у старого колодца с огромным колесом в небе одна за другой стали появляться звёзды, Юра называл созвездия, рассказывал как их найти и в какое время года их хорошо видно. А я думала, ну какой смышлёный, а ведь из деревни...
Холодало.

Юра ежеминутно, по-свойски проверял мои руки, не замёрзли ли, он дождался, что у меня замёрзли мизинцы, и стал с упоением их согревать, обняв меня за талию и обхватив кисти рук. Это было возбудительно... Интересно, до чего он дойдет, обнимая и тиская меня. И вот настойчивая, но боязливая рука нежно гладит спину и пониже. Теряю контроль, поворачиваю голову, Юра целует, отзываюсь, он обжигает горячими губами, а его руки получив свободу, исследуют мое тело. Одна рука скользит по спине, вторая ласкает грудь сквозь кружево. А в голове одна мысль, а если он не остановится, я замерла, напряглась. Юра обнял меня под курткой, и продолжил целовать, я немного успокоилась, открыла глаза, Млечный Путь тянулся из-за крыши ближайшего дома и исчезал за горой.

Невольно я сравнивала Льва и Юру. Они такие разные, Лев не высокий и пластичный слегка загадочный и интеллектуал, Юра дикий, высокий, крепкий, опасный. Сомневаюсь, что мне удалось бы вырваться из его объятий, если бы он этого не захотел. Я вздрогнула, Юрина рука проникла под ремень джинсов, он отдернул ее от неожиданности и мы рассмеялись.

Я сказала что девственница, и ужасно боюсь.- Я не возьму тебя без твоего желания. Я чувствовала возбуждение Юры. Набравшись смелости, я положила руку на возбужденный член, это была внушительная выпуклость, так мне казалось, это было приятно, и бархатистая ткань мягких свободных брюк позволяла ощутить размер и крепость возбужденного органа.

Меня трясло от возбуждения и страха.
Почти ничего не соображала. И в довершение всего Юра расстегнул джинсы и запустил руку в мои трусы.
А там мокро! От стыда я покраснела.
- Рум, ты так возбуждена, жаль, что ты девственница. Юра сжал двумя пальцами клитор и тихонько подрачивал, было забавно и возбудительно.
Я не смогла кончить, а во влагалище Юра не решился проникать.
Около трёх ночи я попрощалась с Юрой и вошла в ворота.
От неутоленного возбуждения, лежа в своей кровати у тёплой печки воображала себе настоящий секс, и кончила от пальчиков за пару минут, сладко уснула.

Мы ещё встречались несколько раз, сценарий был тот же, к концу сентября на улице стало очень холодно, наш старый дом было уже не протопить и мы с папой уехали в город.

Через год, я уже была студентка пединститута. А деревенский мальчик попал в заключение, ему так и не удалось выйти на свободу.